Он подошел к калитке и позвонил.
В этом тихом, мирном убежище Марианна Мартиноци скрыла от людских взоров свою глубокую печаль. Здесь дни и ночи думала она о своем возлюбленном Конти. Правда, в последнее время она имела большую отраду в письмах мужа. Но могла ли переписка вполне удовлетворить сердце женщины, преисполненной такой страстной любви.
Звук колокольчика дошел до ее печального уединения, но она и не подозревала, что перед калиткой стоит тот, кого она воображала далеко от Парижа в объятиях соперницы. Стук в дверь прервал ее грустные размышления. Вошла настоятельница монастыря.
-- Дочь моя, -- сказала она, взяв Марианну за руку. -- Я пришла сообщить вам, что вас желает видеть...
Принцесса вскочила.
-- Мой дядя, кардинал? Или... может быть, посланный из Лангедока, -- прибавила она с внезапной бледностью на лице.
-- Нет, не посланный, дочь моя, а...
-- Он, мой муж?.. О, дорогая матушка, скажите мне, он в Париже? Он здесь... желает меня видеть...
Марианна дрожала всем телом.
-- Да, принц Конти здесь и желает вас видеть.