Со времени вступления на престол Иоганна Фридриха жизнь в резиденции сделалась гораздо веселее: герцог и герцогиня, оба молодые, любили шумные удовольствия, этот вкус разделял и брат герцога Эрнст Людвиг. Он не был женат и продолжал ухаживать за дамами.
Между ними первую роль играла, без сомнения, новая обер-гофмейстерша Сидония фон Борк. Она и новый канцлер Бото фон Эйкштедт были заклятыми врагами из-за отказа последнего содействовать уничтожению завещания покойного капитана фон Борка.
Сидония часто терпела нужду в деньгах, поскольку тратила неимоверные суммы на туалеты и блестящую обстановку. Чтобы помочь себе, она решилась извлечь большие выгоды от своих обожателей и, не оказывая ни одному из них явного предпочтения, тем не менее ухитрялась получать от всех весьма ценные подарки. Между этими господами особенно отличался венецианский посол, синьор Камилло Мартинего.
В собрании государственных чинов был назначен большой бал. Двор и вся знать должны были на нем присутствовать. Мы находим Сидонию в уборной, она советуется со своей горничной Ниной насчет вечернего туалета. Ей 37 лет, но никто бы этому не поверил, так она еще хороша.
-- Так он все-таки женится на ней, Нина?
-- Разве вы еще сомневаетесь в этом, барышня? Я уже несколько недель тому назад рассказывала вам, что она тут была со старухой, он остановился в доме канцлера и накупил в модных магазинах по крайней мере на 6000 марок разных товаров, выбрали все, что только было лучшего! Вы не хотели верить мне и тогда, когда я сообщила вам, что подвенечное платье Анны уже заказано придворной швее. Как же вы теперь об этом узнали?
-- Канцлер и его брат взяли десятидневный отпуск, чтобы праздновать свадьбу сестры с белокурым кремцовским медведем. Они завтра едут.
-- Я чувствую, что должно происходить в вашей душе, и жалею вас!
-- Это мне мало помогает. Жалобы и ненависть теперь бесполезны. Я совершенно обезоружена!!
-- Тем более жалею я, что вы не можете победить эту ненависть, которая, как червь, гложет ваше сердце и, наконец, затронет и вашу красоту, так удивительно сохранившуюся до сих пор! Остерегайтесь этого, барышня!