Так и жил он в замке еще дня два и тем временем разузнал все, что касалось заколдованного леса, и наконец сказал: «Я еще раз должен туда съездить поохотиться».
Как ни старались старый король и молодая королева отговорить его от этого намерения, он настоял на своем и выехал на охоту с большою свитою.
Когда он прибыл в лес, с ним случилось все точно так же, как и с его братом: он точно так же увидел белоснежную лань и сказал своим людям: «Останьтесь здесь и подождите, пока я вернусь», - въехал в лес, и звери его за ним же побежали.
Точно так же не мог он нагнать этой лани и забрался так далеко в лес, что должен был в нем заночевать.
И когда он развел огонь, точно так же услышал, как ктото над ним стонет: «У-у-у, как мне холодно!»
Глянул вверх - и та же самая ведьма сидела на дереве среди ветвей. «Коли тебе холодно, так сходи сюда, тетка, да и грейся!» - «Нет, - отвечала она, - твои звери искусают меня». - «Они тебя не тронут». - «А вот я тебе отсюда скину прутик, - сказала ведьма, - ты их тем прутиком хлестни, так они и точно меня не тронут».
Но охотник не доверился старухе и сказал: «Зверей своих я твоим прутиком хлестать не стану; сходи сюда сама, а не то я тебя стащу с дерева».
Тогда уж она ему крикнула: «Мало ли чего ты захочешь! Да и что ты мне можешь сделать?» - «А вот что: не сойдешь доброй волей, так я тебя выстрелом собью с дерева». - «Стреляй, пожалуйста, я твоих пуль-то и не боюсь вовсе!»
Он прицелился в нее и выстрелил, но ведьма была заговорена против всяких свинцовых пуль, она громко и раскатисто рассмеялась и сказала: «Небось, не попадешь в меня!»
Но он был малый не промах: оборвал три серебряных пуговицы со своей одежды, зарядил ими ружье (а против серебряной пули она заговорена не была), и чуть только выстрелил, ведьма с визгом грохнулась с дерева.