Граф Гюи Шеврез -- Дельфине
Версаль, 18 июля 1781 г.
Только что получил известие от моей сестры, что вы, дорогая маркиза, наконец-то, согласились приехать в Шато-Лароз. Сестра моя в восторге, а я еще больше, и мое любопытство не знает никаких границ, так как маркиза Дельфина -- загадка, заставляющая постоянно ломать себе голову человека, который полагал, что женщина уже не представляет для него никакой тайны.
"Маркиза Монжуа сделалась монахиней", -- сообщила мне год назад маленькая Ламбаль со своей небесной улыбкой. Я испугался. И моя фантазия тотчас же начала работать и нарисовала мне восхитительную картину похищения из монастыря.
Прелестная Дельфина сделалась последовательницей графа Калиостро, -- с удивлением рассказывал несколько месяцев спустя барон Вурмзер. Как будто вам нужно было учиться волшебству, чтобы быть обворожительной. Я был возмущен и принял твердое решение разоблачить этого колдуна и отнять у него его жертву.
"Знаете ли, кто единственный любовник маркизы Монжуа? -- смеялся Водрейль в Страсбурге прошлой зимой. -- Это маркиз Монжуа!" Я пришел в полное отчаяние, потому что тогда вы были для меня окончательно потеряны.
А теперь я узнаю о вашем придворном штате в Спа, к которому маркиз не принадлежит, -- я вижу его в свите Калиостро в Париже, -- и о вашем предстоящем приезде в Лароз!
В Версале все замерло с тех пор, как положение королевы вынуждает нас к добродетели. Но даже если бы Версаль блистал, как прежде, даже если бы все мраморные богини в его садах внезапно ожили, чтобы заключить меня в свои объятия, -- Лароз, где находится Дельфина, показался бы мне раем на земле, -- конечно, если он населен не архангелами и святыми, а гуриями и грациями.
Я незадолго до вас приеду в Лароз, не только для того, чтобы иметь счастье вынести прелестную Дельфину из экипажа, но чтобы первому рассказать вам о новом общественном событии в Париже -- открытии отеля "Дервие", на улице Шантерен, представляющем мастерское произведение Белянже. Его хозяйкой будет самая молодая и самая прекрасная служительница Терпсихоры, благодаря милостям принца Субиза, и я горжусь тем, что открыл ее. Что она красива -- это вы мне поверите, маркиза, так как разве может тот, кто знает вас, иметь другой масштаб, кроме вашей красоты? В пользу ума этой малютки говорит следующий анекдот: "Один молодой человек добивался ее благосклонности. Она его отвергла. Он явился опять и, наконец, написал ей умоляющее письмо: "Подарите мне вашу благосклонность, хоть как милостыню!" Она отвечала ему запиской на розовой бумаге: "Очень сожалею, милостивый государь, но у меня уже есть мои бедные"...
Согласитесь, прекрасная маркиза, что Гюи Шеврез, благодаря тому, что он воспитан вашей красотой, не изменил своему хорошему вкусу.