— Есть, есть. Или ты отдашь мне его, или я еще сильнее сдавлю тебе шею.
Урубу-король вздохнул в отчаянии и, раздвинув блестящие волосы на груди, выпустил луну Рендо, которая помчалась искать небосвод.
Канан-Сиуе нацелил свой лук, и стрела полетела. И луна была пригвождена к небу, как раньше звезда. Но и тут Канан-Сиуе не был удовлетворен.
— Я хочу другой свет. Самый большой. Эти два света останутся для ночи. А мне нужен свет для дня…
И он снова сжал шею урубу-короля. Тот снова застонал:
— У меня нет его, Канан-Сиуе…
Но, говоря это, он уже открыл грудь…
И тогда солнце Тшу, ослепительное и прекрасное, выскочило из волос на его груди и стало подниматься в бездонную высоту.
Канан-Сиуе натянул свой лук, и стрела пригвоздила солнце к стенам дня.
И до сих пор оно там. С того времени жизнь полна света.