Поверенная Зикингена и Ульриха Гуттена, женщина эта, тайно от всех сделавшись преемницей одной старой полоумной крестьянки, имевшей некоторое влияние на окрестных крестьян, стала наидеятельнейшим и наивлиятельнейшим агентом Крестьянской Лиги и поселилась в хижине, которую занимаю теперь я. Приведенная в уныние неуспехом первого восстания, она пожелала возвратиться в Испанию, чтобы снова присоединиться к той цыганской шайке, к которой она прежде принадлежала.

С помощью золота я узнала от Сары не только все тайны, касавшиеся крестьянского заговора, но и разные приемы колдовства, через которые она приобрела такое влияние на сельских жителей. Она скрылась, а я заняла ее место, поселившись в этой дрянной лачуге, где мы теперь находимся.

-- Какая у вас была цель?

-- Моя цель состояла в том, чтобы овладеть всеми нитями этого огромного заговора, охватившего всю Германию, и значение которого я уже предугадывала. Видя, что знатнейшие рыцари оспаривают друг у друга начальствование в этой могущественной лиге, я мечтала о будущности, которая ожидает главу этого заговора; я не сомневалась, что он когда-нибудь будет на одной ступени с коронованными особами. Предводителем этим, решила я, будет Людвиг Гельфенштейн: состояние и достоинства, которых он лишился из-за меня, я возвращу ему сторицей. Он будет велик, благороден и могуществен, и все это дам ему я.

Поддерживаемая этой мыслью, этой неверной надеждой, я мужественно посвятила всю свою жизнь этой цели.

Понимаешь ли ты, сколько надобно было мужества и терпения, чтобы прожить таким образом, -- в продолжение трех лет, посреди заразительных испарений этого болота, -- без поддержки, без друга, не имея ни единого существа в свете, которое интересовалось бы мной и ободряло бы меня в этой тяжелой, но добровольной задаче. Одна, всегда одна со своими мыслями, которые снедали меня, с боязнью потерять когда-нибудь плод стольких бедствий и видеть крушение предприятия, для которого перенесла я столько трудностей! Однако я достигла своей цели. Через несколько дней, через несколько часов, быть может, я могу осуществить мою мечту и сделать Людвига Гельфенштейна более богатым, более славным и могущественным, чем он когда-либо мечтал.

Вот, что я сделала для графа! Маргарита, неужели вы и теперь надеетесь, что пошлая любовь ребенка, как вы, в состоянии бороться со страстью, могущей внушить подобную преданность?

Закрыв лицо руками, чтобы избежать проницательных взглядов Сары, молодая девушка несколько минут хранила молчание.

-- Извините меня, что я не ответила вам сейчас же, -- сказала она наконец, -- но рассказ ваш до того взволновал меня, что мне кажется, будто я нахожусь под влиянием страшного сновидения. Я не могла собраться с мыслями, чтобы отвечать вам. Слушая вас, я жалела вас от всей души. Иногда я сознавала, что было бы несправедливо и жестоко с моей стороны похитить у вас любовь графа. Мне казалось, что сострадание, которое вы мне внушили, дало бы мне мужество отказаться от графа, если бы одной вашей любви было достаточно для его счастья.

-- Почему бы и не так? -- прошептала колдунья.