Чтобы остановить Иеклейна, если бы он попытался выйти из своего убежища, избегая пламени, дом окружили цепью. Враги молодого трактирщика с копьями и мечами с нетерпением ждали минуты, когда пламя заставит его выйти.
Бедная Марианна, сидя у трупа отца Рорбаха в доме, соседнем с гостиницей, тревожно спрашивала себя, что сталось с ее двоюродным братом.
Наконец, не имея сил противиться терзавшему ее беспокойству, она вышла на улицу и подошла к гостинице, крыша которой только что обрушилась при рукоплесканиях толпы.
Более четверти часа стояла она устремив глаза на дом, когда вдруг подле нее один вооруженный сказал, обращаясь к толпе рыцарей:
-- Иеклейна или не было в гостинице, или же он теперь окончательно изжарился. Во всяком случае нам больше здесь делать нечего. Но, друзья мои, стоит ли преследовать особенно горячо какого-нибудь жалкого трактирщика; нам надо наказать начальника этого гнусного общества: пойдем подожжем замок Флориана Гейерсберга.
Почти все согласились с мнением фохта.
Они решились отправиться, как только отдохнут их усталые лошади.
Пожар между тем продолжался. И вот наконец остались только одни главные стены гостиницы "Золотого Солнца", среди которых пылающее горнило подымало к небу струи пламени, смешанного с облаками дыма, и искры взвивались в воздух.
Иеклейн, как верно выразился барон Вайблинген, или нашел средство бежать, или давно уже сгорел.
Наконец Марианна покинула свое место и воротилась к дяде.