Сэр Френсис и Августа Гаркрос в продолжение этой кампании вели разговор между собой. Она интересовалась его невестой. "Такое милое лицо" и так далее, все, что говорится в подобных случаях.
-- Я очень рад, что она вам нравится, но она всем нравится, -- отвечал сэр Френсис. -- Вы должны приехать к нам в Клеведон. Мы намерены к осени быть уже на месте. Наш медовый месяц будет не долог, потому что в сущности вся наша жизнь будет медовым месяцем. Мы намерены начать жизнь дома и всегда жить дома, как и следует помещику и помещице, и жить просто, без всяких претензий, среди добрых друзей.
-- Но вы, вероятно, будете в парламенте?
-- Разве это необходимо? Я желал бы избежать этого. Я не чувствую призвания к государственной службе и мне трудно расстаться с Жоржи. Вступив в парламент, я должен был проводить большую часть времени вне дома, потому что взявшись за какое-нибудь дело, надо исполнять его как следует.
-- Но у вас будет свой дом в Лондоне?
-- Нет. Когда нам вздумается побывать в Лондоне, мы будем останавливаться в меблированной квартире. Но мы намерены проводить лучшую часть года в Клеведоне.
-- И вы думаете, что Жоржи будет довольна такою жизнью?
-- Я не думаю, чтоб она могла быть довольна какой-нибудь другою жизнью. Она выросла в деревне.
Мистрис Гаркрос содрогнулась. Какие странные, аркадские понятия у этого молодого человека. Она спросила себя, какова была бы ее жизнь, если бы она жила с Губертом в деревне. Сблизило ли бы их уединение? Она вообразила своего мужа зевающим над газетами, как он иногда зевал и в Мастадонт-Кресченде, имея под руками все развлечения Лондона.
-- Молодые люди вступают в брак с самыми роман-тическнми понятиями, -- сказала она. -- Через год мы, по всей вероятности, услышим, что вы отделываете дом в Майфере.