Богослужение производилось на старинный лад. Древнее установление, причетник, было в полной силе. Номер певшегося гимна выставлялся для удобства слушателей белыми цифрами на небольшой черной доске. Проповедь была дружеским рассуждением практичным до крайности и вполне примененным к сердцам и умам слушателей.
Пока пелись гимны, мистер Вальгрев смотрел по сторонам. Он поместился в конце церкви, у двери, в тени небольшой галереи, и мог видеть все, не привлекая на себя внимания.
Да, вот она голова с тициановскими волосами. Он узнал ее тотчас же, хотя пред тем видел ее только мельком. У одной из высоких скамеек, на половине пути к среднему приделу, стояла высокая, стройная девушка, в зеленом кисейном платье и в соломенной шляпке, из-под которой спускалась масса рыжевато-темных волос. Лица ее ему не удалось увидать в продолжение службы.
"Я уверен, что у нее цвет лица, обыкновенно сопровождающий подобные волосы, болезененно-белый, испещренный веснушками, -- подумал он. Но, судя по форме головы и по этому узлу великолепных волос, можно вообразить ее хорошенькою".
И он уже воображал ее хорошенькою; он желал, чтобы она оказалась хорошенькою. Когда окончилась проповедь, он стал так, чтобы выйти рядом с Грацией Редмайн. Он заметил, что она застенчиво взглянула на него и очевидно узнала его.
Она оказалась очень хорошенькою. Нежное молодое лицо, которое никак нельзя было назвать правильным, произвело на него впечатление безукоризненной красоты. Оно было так не похоже на... на другие ему знакомые лица, оно отличалось такою нежностью и женственностью. "Лицо, способное свести с ума благоразумного человека, -- подумал он. -- К счастью, я ни разу в жизни не был влюблен и могу восхищаться красотой отвлеченно. Будь я художник, я поспешил бы перенести эту девушку на полотно. Какая Гретхен вышла бы из нее!"
Он следовал за ней на почтительном расстоянии, пока она шла по выгону, но на повороте решился поравняться с ней.
-- Мисс Редмайн, если не ошибаюсь? -- сказал он, улыбаясь и сторонясь, чтобы дать ей пройти.
-- Да, -- отвечала она, наклонив робко голову и вспыхнув ярким румянцем.
Этого было достаточно для мистера Вальгрева, чтобы продолжать разговор.