-- Его дочь?
-- Да, его единственная дочь, которую он боготворил. Она умерла, пока он был в Австралии.
-- Умерла! Это тяжелый удар, но тем не менее такой, к которому должен быть готов всякий отец, -- возразил практический Уэстон. -- И только?
-- Она умерла внезапно, -- добавила Джанна торжественным тоном.
-- Наложила на себя руки? -- спросил Уэстон с возрастающим интересом.
-- Нет, не думаю, хотя никто не знает ничего достоверного. Редмайны были необычайно скромны на этот счет. Она бежала из родного дома.
-- О, так она умерла не дома?
-- Да, она бежала из дома, но никто не знает, куда или зачем она бежала, где она умерла, и кто присутствовал при ее смерти. Все это касается, конечно, только ее отца и ее родных, но людей, вы знаете, не заставишь молчать, и так как Редмайны сделали из этого тайну, то все заключили, что на заднем плане было что-нибудь, о чем неудобно говорить.
-- О чем неудобно говорить? -- повторил Уэстон. -- Очень может быть. Любовник, например. Вы ничего не слыхали о любовнике?
-- Нет, не слыхала. Мисс Редмайн была самая скромная девушка во всем околотке. Отец посылал ее в пансион в Вельс и воспитал как барышню. Нет, я ничего подобного не слыхала. В последнее лето пред ее смертью у них жил один джентльмен, но его имя никогда не упоминалось у нас в связи с ее именем.