-- Как ты несносен, Джозеф! -- сказала она ворчливо. -- Сегодня слишком жарко для поцелуев, а ты еще вдобавок, кажется, не брился.
-- Я брился, но, вероятно, в такую погоду борода растет быстрее.
-- Не знаю, но твой подбородок царапает, как щетка. Да не прижимайся же ко мне, Джо. Разве на лавке мало места? Мне сегодня надо еще собрать и нашить всю эту оборку.
-- Так вот почему ты так сердита! -- сказал Джозеф, взглянув презрительно на кучу розовой кисеи. -- Надеюсь, что ты не часто будешь шить себе новые платья, когда мы будем мужем и женой.
-- Такую вещь только ты можешь сказать, Джозеф, -- возразила мисс Бонд обиженным тоном. -- Если бы был джентльмен, ты интересовался бы моим нарядом, и не считал бы ничего слишком хорошим для меня.
-- Но я не джентльмен, и думаю, что если ты будешь так злиться каждый раз, как купишь себе новое платье, то я желал бы видеть тебя одетою дурно.
Мисс Бонд покачала головой и продолжала шить. Она виделась со своим женихом уже несколько раз с тех пор, как познакомилась с мистером Валлори, и различными намеками дала уже ему понять, что ее красотой восхищаются люди, понимающие в этом больше, чем он. Джозеф был ревнив, и не остался равнодушен к этим намекам.
-- Мне все равно, правится ли тебе мое платье или нет, -- сказала Джанна. -- На свете немало людей кроме тебя, и завтра найдутся такие, которые будут восхищаться мной.
-- Ты, может быть, говоришь о господах, -- возразил Джозеф мрачно. -- Ни одна осторожная девушка не желает им нравиться.
-- В таком случае я не осторожная девушка, потому что я желаю им нравиться, и придаю больше цены их вниманию, чем вниманию простолюдина.