Окна были отворены, и веселые возгласы в палатках сливались с голосами в столовой. Гостям утешительно было знать, что и бедные люди веселятся.
-- Воображаю, как их удивляет шампанское, -- сказала хорошенькая мисс Стальмен своему кавалеру.
-- Они, вероятно, опасаются, что оно вспыхнет, как порох и взорвет их.
-- Не знаю, -- отвечал джентльмен, -- но мне кажется, что они даже не поймут, что это шампанское. Они примут его за пиво высшего сорта.
Было уже около трех часов, когда Редмайн предъявил свой билет у южного входа, оберегаемого в этот цепь полицейским из Танбриджа, и получил в обмен другой билет для входа в палатку.
-- Советую вам поспешить, сэр, -- сказал полицейский дружеским тоном. -- Обед для арендаторов назначен ровно в три.
-- Я не намерен обедать, -- отвечал Редмайн. -- Я пришел только посмотреть.
-- Не намерены обедать, мистер Редмайн! -- воскликнул полицейский, знавший в лицо владельца Брайервуда. -- Обед будет такой, лучше которого и вообразить нельзя. Надеюсь, что вы не будете так неблагоразумны.
Редмайн молча кивнул ему головой и пошел дальше. Он думал только побродить около толпы, не принимая никакого участия в увеселениях, но лишь только показался он на лужайке, как заботливый полковник, указывавший арендаторам их места, выхватил у него из рук его розовый билет и поспешно взглянул номер.
-- 53! -- воскликнул полковник. -- У нас все места нумерованы. Не хотите ли последовать за этими господами в палатку. Там распорядители укажут вам место. Идите, сэр, идите.