Августа улыбнулась загадочно, горькою улыбкой.
-- Ваши чувства очень естественны, -- сказала она.
С минуту длилось молчание. Сэр Френсис не находил возможности сказать ей что-нибудь утешительное. Общие фразы, которыми друзья утешают страдающих, были бы в этом случае более чем неуместны.
-- Как мне ни тяжело говорить о таком предмете, -- начал сэр Френсис, приступая нерешительно к главной цели своего посещения, -- но я должен предложить вам вопрос относительно похорон. Где вы желаете похоронить вашего мужа.
Она издала слабый стон и закрыла лицо руками, но минуту спустя отвечала спокойным голосам:
-- В нашем фамильном склепе в Кенсаль-Грине. Там лежит моя мать, туда положат и меня, когда придет мое время.
-- У него нет своего собственного склепа, то есть такого, где лежат его родные и в котором он, может быть, желал быть погребенным? -- спросил сэр Френсис.
-- Нет.
-- И вы не желали бы, чтоб он был похоронен в Кингсбери, где лежат все Клеведоны, кроме моего отца?
-- О, нет, нет.