-- "По любви, думалъ про себя Обри, только по любви! Какъ Мордредъ и весь свѣтъ стали бы смѣяться надо мной, еслибы я позволилъ себѣ этотъ безумный поступокъ. Влюбиться пятидесяти-семи лѣтъ отъ роду, и въ дѣвочку, которая по возрасту своему могла бы быть моей внучкой! Это, дѣйствительно, чистое сумасшествіе. Однако, если допустить возможность глубокой привязанности въ человѣкѣ моихъ лѣтъ, то она должна быть возможной и для меня. Я не растрачивалъ запаса своихъ чувствъ на мимолетныя страсти. Жизнь моя была чужда увлеченій, которыя сушатъ сердца иныхъ людей. Несмотря на позднее проявленіе чувства, я вполнѣ способенъ искренно любить и привлечь къ себѣ вѣрное сердце, если у меня хватитъ на это рѣшимости. Довѣрюсь ли я влеченію моей прихоти и положусь ли на красоту этихъ глазъ и устъ, обѣщающихъ столько невинности и искренности?"
Дворецкій вошелъ въ столовую, чтобъ зажечь свѣчи въ высокихъ серебрянныхъ канделябрахъ псевдо-классическаго рисунка.
-- Прикажите Моргану осѣдлать мнѣ Сплинтера, сказалъ сэръ Обри: я хочу проѣхаться верхомъ.
-- Такъ поздно, Обри? воскликнулъ Мордредъ, любившій мирно проводитъ вечера въ обществѣ брата.
Ему было всегда пріятно распространяться по поводу своего послѣдняго пріобрѣтенія съ человѣкомъ изъ своей среды; если же подъ-часъ Обри и не слушалъ его, то Мордредъ былъ такъ поглощенъ собственными разсужденіями, что не замѣчалъ невнимательности брата.
-- Я люблю кататься въ сумерки, отвѣчалъ баронетъ, я и вчера вернулся домой около десяти часовъ.
-- Да, сказалъ Мордредъ, вздыхая.-- Я радъ буду наступленію зимы, когда мы возвратимся снова въ старымъ порядкамъ -- затопимъ пожарче каминъ въ салонѣ, и опять станемъ съ тобой посиживать у камелька въ длинные зимніе вечера.
-- Это довольно скучно, протянулъ сэръ Обри, зѣвая.
-- Скучно, когда мы пользуемся обществомъ другъ друга?
-- Да, это все прекрасно. Но развѣ ты думаешь, что дли такихъ двухъ стариковъ, какъ мы съ тобой, красивое молодое личико не оживило бы картины -- невинная, веселая дѣвушка, которая была бы моей женой, и годилась бы намъ обоимъ въ дочери, звонкій голосокъ которой наполнялъ бы музыкой этотъ старый домъ? Настоящая жизнь наша довольно монотонна; не кажется ли тебѣ, что рисуемая мною перемѣна сдѣлаетъ насъ счастливѣе? А, Мордредъ?