И такимъ образомъ эти лэди уѣхали домой, всю дорогу бесѣдуя о Сильвіи, очень разсерженныя и раскраснѣвшіяся, и съ этихъ поръ въ семействѣ Тойнби порѣшили считать Сильвію, лэди Перріамъ, въ числѣ умершихъ.
Наступилъ день, когда Сильвіи довелось увидѣть Эдмонда Стендена впервые послѣ ихъ печальной разлуки у могилы Де-Боссини. Она услышала про его возвращеніе вскорѣ послѣ того, какъ онъ пріѣхалъ; услышала о немъ изъ устъ м-ра Бэна, который довольно безпечно возвѣстилъ объ этомъ фактѣ, что не. помѣшало ему наблюдать за дѣйствіемъ, какое произвела эта новость на Сильвію. Яркій, лихорадочный румянецъ вспыхнулъ на нѣжныхъ щечкахъ, но погасъ прежде, чѣмъ сэръ Обри успѣлъ его замѣтить.
-- М-ръ Стенденъ поступилъ въ банкъ, сказалъ управляющій, желая продлить бесѣду. Это возбуждаетъ сплетни; никто не ожидалъ, чтобы молодой Стенденъ сталъ трудиться. У него хорошее состояніе, или, по крайней мѣрѣ, у него будетъ хорошее состояніе по смерти матери, потому что теперь онъ, сколько мнѣ извѣстно, вполнѣ зависитъ отъ нея.
-- Меня не интересуютъ ни м-ръ Стенденъ, ни его дѣла, возразилъ баронетъ съ достоинствомъ,-- а потому м-ръ Бенъ не прибавилъ больше ни слова.
Нѣсколько воскресеній сряду послѣ пріѣзда въ Плэсъ Сильвія съ мужемъ присутствовали при обѣднѣ въ своей домовой церкви. Но въ одинъ прекрасный, солнечный день, въ началѣ декабря, сэръ Обри предложилъ отправиться въ Гедингемскую церковь.
-- Мнѣ лучше нравятся проповѣди Ванкорта, чѣмъ Смольмана, замѣтилъ баронетъ.-- Почему бы намъ не съѣздить въ Гедингемъ?
У Сильвіи судорожно сжалось горло, что помѣшало ей отвѣтить да или нѣтъ на его предложеніе. Итакъ, она снова увидитъ его... его! Эдмонда Стендена! которому нѣкогда клялась въ вѣчной любви. Она боялась встрѣтиться съ нимъ, и вмѣстѣ съ тѣмъ ей хотѣлось увидѣться съ нимъ, взглянуть на незабвенное лицо, хотя бы на одну минуту.
Церковь казалась свѣтлой и веселой въ это зимнее утро, озаренное декабрьскимъ солнцемъ. У сэра Обри была большая фамильная скамейка, недалеко отъ алтаря, въ самой аристократической части церкви; эта скамейка была великолѣпно отдѣлана пунцовымъ бархатомъ и снабжена роскошными молитвенниками, переплетенными въ красный сафьянъ и украшенными Перріамскимь гербомъ.
Эта скамейка возвышалась надъ всѣми остальными и изъ нея Сильвіи отлично было видно семейство Деканова дома, занимавшее переднюю скамейку посрединѣ церкви. Они всѣ были въ церкви: миссисъ Стенденъ, тщедушная на видъ вдова изъ Демерары, съ маленькой шестилѣтней дѣвочкой, Эсѳирь Рочдэль и Эдмондъ. Всѣ были одѣты въ траурѣ и казались невеселы.
Глаза Эдмонда ни разу не остановились на Сильвіи, однако она чувствовала, что онъ замѣтилъ ея присутствіе. Эти черные глаза почти не отрывались отъ молитвенника. Сильвія помнила, что въ былое время онъ не былъ обыкновенно такимъ внимательнымъ къ церковной службѣ.