-- Сколько онъ тебѣ заплатилъ?
-- Клянусь Мадонной...
-- Не клялись зря... Гони его въ шею... хотя... впрочемъ... пусть войдетъ...-- раздумала гитана, сдвинувъ черныя густыя брови и закусивъ на мгновеніе губы.
Ахъ этотъ Мекси, это ея черное несчастье, въ буквальномъ смыслѣ черное...
Это плюгавый банкиръ-грекъ преслѣдуетъ ее вмѣстѣ со своей неотвязной любовью по всей "Европѣ. Гоняется по пятамъ изъ города въ городъ. И вотъ прикатилъ въ Севилью... Но ей не надо денегъ а онъ такой противный...
Антонія глумилась надъ нимъ, держала въ черномъ тѣлѣ и развѣ въ видѣ особенной милости перепадали ему кончики пальцевъ. Но теперь пусть войдетъ, теперь у нихъ будетъ разговоръ...
И онъ вошелъ -- этотъ маленькій гномъ съ темной бородкою и съ плѣшивымъ лбомъ, вошелъ растерянный, похотливый...
-- Божество мое, какъ вамъ идетъ это дезабилье! Эти голенькія ручки и ножки... Даже папироска идетъ. Я люблю, когда дыханіе женщины...
-- Садитесь Мекси, и поменьше глупостей... Я совсѣмъ не въ настроеніи выслушивать... Если вы будете не въ мѣру болтливы, я надаю вамъ пощечинъ и выгоню.
-- И отлично, бейте, бейте,-- развелъ руками банкиръ,-- топчите меня своими ножками, а я буду въ это время...