— Что зачем, дитя мое? — ласково спросил он.
— Это! Это! — держала она скомканный номер с двумя большими снимками на первой странице.
— Я сам не знаю — зачем, и сам нахожу это совсем лишним.
— Нет, зачем вы не сказали, кто вы? Зачем? — повторяла она.
— Друг мой, вы же меня не спрашивали, кто я? — просиял он усмешкой, такой неотразимой всегда.
— Нет, надо было сказать, что вы король! — упрямо твердила она.
— Сказать? Но что же я мог сказать? Я никогда никому не представлялся. Одно из двух — или меня знают, или же я соблюдаю инкогнито…
— Да? — поколебалась Мата-Гей. — Но почему же, когда я спросила — князь вы или граф, вы, вы отрицали это?
— Да потому, мое дорогое дитя, что я не граф и не князь…
— Погодите, погодите!.. — и недоумевающе пытливо замигала она ресницами и, вспыхнув, сконфузилась. — Ах, я совсем, совсем глупая! Ну конечно, вы же не граф и не князь… — вымолвила Мата-Гей, вот-вот готовая расплакаться.