— Пожалуйста, я к вашим услугам, — ответил Мусманек, почуявший что-то недоброе для себя в этой резкой перемене.
— Я солдат и прямо беру быка за рога! Я ваш доброжелатель, и поэтому добрый мой совет вам: укладывайте чемоданы и… — Ячин сделал выразительный жест: выметайся, мол, отсюда на все четыре стороны…
Холодные иглы забегали у президента по спине от затылка.
— Генерал, я… я вас не понимаю…
— Во-первых, я уже не генерал, а гражданин, как и все, а во-вторых, чего же вы, собственно, не понимаете? Все так ясно. Коммунизм у ворот, а следовательно, вам рекомендуется, уйдя вовремя, унести свою голову…
— Но позвольте, как же так? Я… я не могу сдать позиций без боя. За нас армия и еще… еще неизвестно…
— Вы же развалили ее, армию. Вы сами!.. Да она пальцем не шевельнет в вашу пользу…
— А… а… конвой? — уже совсем растерялся Мусманек. — Вспомните, как защищали они Адриана?
— Тоже сравнение! — свысока улыбнулся Ячин. — Вы — не Адриан, и конвой ваш не те орлы, что все до последнего пали на подступах к дворцу. Эти же, ваши, в худшем случае сами выдадут вас, в лучшем — разбегутся…
— Но ведь это же… это не имеет названия! — развел Мусманек отяжелевшими руками.