Александр, улыбаясь и глазами сквозь стекла пенсне и всем своим смуглым, с крупными чертами лицом, протянул ему руку.
— Я очень рад видеть у себя представителя печати из России, которая навсегда останется мне дорогой и близкой по воспоминаниям детства…
— Ваше высочество, я хотел бы оповестить своих читателей о том, как живет и работает наследник сербского престола — победитель болгар и турок, герой Куманова, Монастыря, Нового-Базара, Прилипа, Дойрана…
Дегеррарди, как пулемет, сыпал без передышки всеми городами и местечками, завоеванными в Македонии и Старой Сербии.
Еленич подумал: «Ну, и здорово же он бомбардирует». Высокий адъютант шевелил усами. Королевич вспыхнул румянцем, тем застенчивым румянцем, который охватывал его, когда он слышал не только лесть, но и самую обыкновенную похвалу себе…
— Завтра, в одиннадцать часов утра жду вас, — оборвал дальнейшие излияния Александр коротким пожатием.
Оставив Генриха Альбертовича со своим секретарем, престолонаследник вместе с адъютантом двинулся дальше.
Дегеррарди и Еленич смотрели друг на друга.
— Что? Кажется, его высочество остался не совсем доволен мною? Видит Бог, я от глубины души…
— Он слишком скромен, а вы чересчур стремительно бомбардировали его. Советую вам быть несколько сдержанней во время интервью, иначе вы рискуете вспугнуть королевича. Он замкнется в себе… и вы ничего интересного не услышите.