Онъ сидѣлъ одинъ въ своемъ вигвамѣ, ему прислуживала одна миловидная Мушимушъ, самая красивая изъ дѣвушекъ у Голубиныхъ Лапокъ. Ни у кого нельзя было такъ ясно видѣть особенную черту ея замѣчательнаго племени, какъ глядя на ея маленькія ножки, когда она переступала ими. Достаточно было одного взгляда на атамана, чтобы убѣдиться въ истинѣ ходившихъ слуховъ относительно его молодости. Ему было около двѣнадцати лѣтъ, онъ держалъ себя прямо и гордо и былъ съ головы до ногъ одѣтъ въ пестрыя покрывала, вырѣзанныя фестонами, что давало ему видъ перочистки сверхъестественной величины. Громадное орлиное перо, вырванное изъ крыла голаго орла, пытавшагося разъ унести его, довершало его нарядъ. Это было также воспоминаніемъ его храбраго, сверхъ силъ человѣческихъ подвига. Онъ, безъ сомнѣнія, скальпировалъ бы орла, но природа уже предупредила его.
-- Почему задумчивъ великій атаманъ?-- сказала кротко Мушимушъ.-- Не жаждетъ ли все еще душа его крови блѣднолицыхъ учителей? Неужели скальпированіе двухъ профессоровъ геологіи изъ Ельской партіи изслѣдователей не успокоило вчера его сердце воина? Развѣ онъ забылъ, что той же участи ожидаютъ Гарденеръ и Кингъ? Не должна ли завтра сама его Мушимушъ доставить ему ботаника? Говори, молчаніе моего брата давитъ мнѣ сердце подобно снѣгу на горахъ и задерживаетъ потокъ моей рѣчи.
Но гордый Мальчикъ-атаманъ все хранилъ молчаніе. Вдругъ онъ произнесъ: Цыцъ! и всталъ. Онъ взялъ съ полу длинную винтовку и нацѣлился. Ровно въ семи миляхъ оттуда на откосѣ горы виднѣлась фигура человѣка, ходившаго взадъ и впередъ. Мальчикъ-Атаманъ прицѣлился и выстрѣлилъ. Человѣкъ упалъ.
Послали развѣдчика, чтобы скальпировать и обыскать мертваго. Посланный сейчасъ же вернулся.
-- Кто былъ блѣднолицый?-- строго спросилъ атаманъ.
-- Агентъ общества страхованія жизни.
Атаманъ нахмурилъ брови.
-- Я думалъ, что это разносчикъ книгъ.
-- Почему сердце моего брата болитъ о разносчикѣ книгъ?-- спросила Мушимушъ.
-- Потому,-- сказалъ свирѣпо Мальчикъ-атаманъ,-- я опять безъ моего романа -- я думалъ, что у него онъ найдется въ связкѣ. Слушай меня, Мушимушъ. Почта Соединенныхъ Штатовъ не приносить мнѣ болѣе ни моей Юной Америки, ни моего еженедѣльнаго Журнала для юношей и дѣвицъ. Я нахожу невозможнымъ даже съ моими самыми вѣрными развѣдчиками выносить управленіе генерала Говарда и наполнять мою библіотеку изъ телѣги маркитанта. Безъ новаго романа или Юной Америки, какъ могу я поддерживать дѣло Индіи?