Крылов - сын века Екатерины. - Цельность натуры и сила убеждения. - "Почта Духов". - Влияние Рахманинова. - Стремление Крылова к отделке в изложении. - Рифмокрад и Таратора. - "Вадим". - Карамзин. - Журналы: "3ритель", "СПБ Меркурий". - Отношение Крылова к Карамзину. - Конец журнальной деятельности. - Закрытие типографии. - Анюта. - Неудача в любви. - Борьба чувства и воли. - "Чин человека". - "Порывы и бездействие". - Кочевая жизнь и село Казацкое.
"Гений и улыбка Екатерины II творили чудеса, и перемены во всей России шли гораздо быстрее, чем при Петре Великом". В самом деле перемены, которые вносил в русскую жизнь Петр, держались только его сильной волей. Внутренняя неурядица продолжалась еще и при Екатерине, доказательством чего явилась пугачевщина.
Как знаменитый "Наказ" был выражением прекрасных и благородных стремлений лишь на бумаге, так в нравах и обычаях под красивыми нарядами, манерами и речами, взятыми на прокат у французов, царили по старому невежество и произвол. Большинство россиян, даже побывав за границей, возвращались оттуда "свинья свиньей", как говорит в своей басне Крылов.
Но Петр Великий "прорубил окно в Европу" и по новому пути стали являться гости к Екатерине. Ее окружали философы и поэты. Своим умом и тактом она влияла, сколько могла, на окружающее ее общество, а проводником новых понятий в остальную массу явилась литература. В числе орудий гениального работника между топором и сохой, которая так глубоко врезалась в целину русского чернозема, что и до сих пор еще пашет, была и книга. Но она служила тем же практическим целям. Петру нужны были работники и мастера. Гениальный поэт-ученый, сподвижник Петра, писал о пользе стекла, но Державин был уже "певцом Фелицы", а Фонвизин начал "чистить нравы". Писатели стали воевать "со страстьми и заблужденьем". Сама императрица подавала пример своими сатирическими комедиями, журнальными статьями, нравоучительными сказками и наставлениями о воспитании детей. Казалось, что хорошим воспитанием можно все исправить. И Крылов, как сын Екатерининского века, остался навсегда того убеждения, что все дело в нравах, а не в учреждениях, не в общем строе. В этом была ошибка, наложившая особую печать на все произведения Крылова. Его взгляды на современные явления родины и Европы были часто ошибочны, но сила убеждения была так велика и выразилась у него так ярко, что сохраняет свою цену до сих пор, представляя нам уроки трезвого ума, житейской мудрости и знания человека, независимо от эпохи.
Сочинения Екатерины играли ту же роль в литературе минувшего века, какую ботик Петра Великого в создании русского флота. За нею вслед явились Новиков, Фонвизин и др. Журнальная сатира уже сделала свое дело и отцвела, когда явился Крылов и снова поднял старое знамя.
В 1789 году стал выходить в Петербурге журнал "Почта Духов". Кто был его издателем - сам ли Крылов или Радищев, или Рахманинов неизвестно, но Крылов принимал в нем значительное участие. Нелепые заимствования у французов, утрата старых хороших нравов, разорительные моды, пустота и волокитство, а главное иноземное воспитание и вредные, по мнению Крылова, учения составляют главный предмет его статей; эти же темы переходят потом и в басни. Двадцатилетий юноша Крылов выказал здесь ум, устойчивость, твердое убеждение, даже смелость в бичевании знатных и сильных, недостойных своего сана, но не обладал образованием настолько, чтобы понять настоящие причины бедствий народа, найти корни зла, таившиеся в крепостном строе русской жизни. Там, где он становится смелее и основательнее, заметно влияние более образованного Рахманинова, одного из тех страстных поклонников Вольтера, у которых "глаза наливались кровью", когда кто-нибудь не признавал мнений этого гениального философа единственным законом; но натура Крылова упорно не поддавалась никакому влиянию, особенно в духе Вольтера, к которому он. с его патриархальным складом ума и характера, чувствовал инстинктивную неприязнь. От влияния Рахманинова поэтому он скоро освободился, но во время участия в "Почте Духов" Рахманинов по собственному сознанию Крылова "давал ему материалы".
Принимал ли участие Радищев в журнале пером или хотя бы даже только деньгами в издании, которое не могло окупить расходов при 80 подписчиках, во всяком случае присутствие его заметно в некоторых обличениях, например в нападках на царедворцев. Когда судили его за книгу "Путешествие из Петербурга в Москву", Екатерина написала на деле, что Радищев завидует[ Сухомлинов. Очерки по истории просвещения.] приближенным ко двору!
Журнал выходил под названием "Почта Духов", или "ученая, нравственная и критическая переписка, арабского философа Маликульмулька с водяными, воздушными и подземными духами". Так окрестил его Крылов, настояв на этом в споре с Рахманиновым.
Младший член и сотрудник, не вносившей никакой материальной поддержки, он был очевидно настолько необходим для успеха дела, что сам Рахманинов, известный своим упрямством - хозяин типографии и быть может самого журнала - уступил молодому человеку. Крылов вполне оправдал ожидания, хотя публика не оценила достоинства журнала. Сатирическое дарование его развернулось с большим
успехом в новой форме. Он не умел оживить драматического действия -- этому мешала сухость в собственном его отношении к действующим лицам, но в карикатурные свои изображения и сатирические портреты он внес движение, чем и отличается его сатира от сатиры тех старых журналов, которые "Почта Духов" напоминала своим названием, как то "Адская Почта" и др., где находим одно лишь резонерство. Конечно здесь нет жизни, но есть движение. Изображаемые лица -- марионетки, которые рассуждают и движутся по воле автора. Ясно заметно, как эта повествовательная форма служит Крылову мостом к его басне.