История
В архиве катарской хранится данная иллириянам Александром Македонским грамота, которой за храбрость и мужество, оказанное ими в войнах сего великого завоевателя, подарена им в вечное и потомственное владение часть земли Аквилонской до самых полуденных границ Италии с тем, что коренные жители должны быть их рабами {Я имел случай читать сию древнейшую привилегию славян, помещенную в заглавии дипломов графов Ивеличей.}. Хотя ученые и не могут согласиться в древних происшествиях сей страны, но всего вероятнее кажется, что королева Теока, изгнанная из Иллирии со многими приверженцами, избрала сначала для пребывания своего то самое место, где ныне Ризано, и вскоре после того, желая удалиться от опасных границ, укрепилась в Катаро, которую Плиний называет римской колонией под именем Ascrivium. Как и сие не слишком достоверно, то станем говорить о новейших происшествиях. В Ризано и Катаро жили морские разбойники, которые, господствуя над морем, наводили ужас жителям берегов. В 866 году Катаро, Будуа, Ризано и Розе разрушены были до основания агавенами, народом, жившим в окрестностях Карфагены.
По отшествии сих варваров оставшиеся жители, соединяясь с боснийцами, изгнанными из отечества венгерцами, построили Катаро и основали республику. В 1115 году король Сербский Георг подарил сей республике остров Привлака, что ныне Страдиоти, и места, где ныне Лустица, Картоли, также долины Зупа. В 1250 году король Родослав, за приверженность к отцу и сыну его Симону Немейгва, укрепил сии места катарцам. При короле Урозио и королеве Елене в разные времена подарено катарским жителям и дворянству верхний и нижний Зупа (по-славянски гербаль, то есть равнина), Ложица, Миакс, Доброта, Леденица, Бианка и Крушевица до Фиумьеры (речки, что у стен Катаро). В 1361 году король Сербский Стефан Нейманья укрепил грамотой право владения на все подаренные прежде места. В 1368 году, когда Сербия разделилась на четыре части, то республика, будучи во все время под покровительством сего королевства, заключила союз с Людвигом I, королем Венгерским; в том же году венецияне, имея войну с Венгрией, взяли Катаро и, разграбя город, удалились. В 1382 году, дочь Людвига I, Мария, отдала республику, Тварку, королю Боснии; но по двухлетней войне храбрые катарцы возвратили свою свободу. После сего воевали они с албанскими князьями и с рагузинцами. В 1391 году катарцы заключили союз с Рагузой, Дульциньо и Антивари; жители сих двух последних городов были известные морские разбойники. В начале XV столетия, когда турки завоевали все пограничные провинции, катарцы, опасаясь их, добровольно отдались в подданство Венециянской республики на следующих, между прочим, условиях:
1) права, вера и закон остаются неприкосновенными;
2) на строение общественных зданий и жалованье гражданским чиновникам употреблять деньги из областных доходов; 7) Венециянская республика не может уступить их другой державе, и если не в силах будет защищать их, то народ снова остается независимым и властен избрать других покровителей. Венецияне в точности исполнили договор сей; бокезцы жили счастливо под их правлением и всегда были верными их подданными, венецияне, владея Катарой, в разные времена покорили Кастель-Ново с тремя округами, а Пастровичи и Ризано, сохраняя свои преимущества, добровольно отдались в покровительство Венеции. По уничтожении в 1797 году Венециянской республики Кампо-формийским трактатом, область Боко ди Катаро уступлена Римскому императору, но мужественные славяне воспротивились ему и отправили от себя в Вену депутатов. Венский кабинет утвердил все их преимущества, и генерал Луковина принял область от народных начальников коммунитатов (округов) на тех же самых условиях, на каких принадлежала она Венеции. В 1804 году французское правительство, вознамерясь занять Черногорию, назначило для сего 18-тысячный корпус, который должен был выйти на берег в Зупе у Будуа. Французские агенты, чтобы не иметь препятствия от жителей сего округа, недовольных австрийцами, уверили было их, что на то есть воля императора Всероссийского; но когда славяне узнали от посланного к нему по сему случаю в звании доверенной особы генерал-лейтенанта графа Ивелича, что такового согласия государь император отнюдь не давал, то они вооружились, и французы принуждены были оставить свое коварное предприятие. По Пресбургскому миру вторично и также несправедливо область сия отдана Итальянскому королевству или, лучше сказать, Франции; народ вооружился и, как описано выше, безусловно отдался в верноподданство российскому императору. В 1807 году, по Тильзитскому миру, область сдана французским войскам. В августе месяце 1812 года жители Боко ди Катаро, узнав о вторжении французов в Россию, столь нечаянно и согласно напали на французские войска, что оные, не могши соединиться, были частью побиты, а остальные положили ружье. По желанию жителей всех округов подняли они на крепостях своих российский императорский флаг. И наконец, по решению Венского конгресса, область отдана Австрии.
Военное обозрение провинции Боко ди Катаро
Участь Катаро зависит от того, кто повелевает морем; без флота ни взять, ни удержать ее не возможно. Я уже сказал выше, какую превосходную военную позицию представляет сия провинция в отношении к политическим видам; теперь скажу, сколько нужно войск для защиты оной и с которой стороны взять ее можно.
2500 солдат, сколько мы тут их имели, весьма недостаточно; но 6000 егерей, приобвыкших к горной войне, с помощью черногорцев и приморцев, которые во время опасности могут выставить до 20 000 человек, в состоянии, кажется, будут отразить сильного неприятеля так, что самый искусный и решительный генерал с 30 000 человек лучшего регулярного войска ничего тут не успеет сделать. Рассмотрим теперь возможность нападения с рагузской и турецкой границы, полагая французов и турок неприятелями, не имеющими морской силы.
Со стороны республики Кастель-Ново есть самый слабый пункт; для чего должно от старой Рагузы сделать дорогу и привезть артиллерию, которую, поставив на высотах Сан-Кьяро и Св. Анны, отогнать бомбами флот от крепости; после сего взять ее нетрудно. От Кастель-Ново в Катаро ведут две дороги: первая идет по берегу, к коему корабли, как и во всем канале, могут приближаться на картечный выстрел, и потому войску тут пройти невозможно; другая дорога чрез долину Камено, деревни Морине, Кривошие, оставя влеве Леденицу, к Велинце представляет тропинку, удобную только для мулов, проложенную с горы на гору, с утеса на утес и с высоты 50 сажен по отвесу в пропасть, где не только должно подрыванием делать дорогу для артиллерии, но и ставить мосты для прохода людей. От селения Велинце в Катаро остаются еще две дороги: первая берегом Добротой, где также нельзя колоннам идти мимо кораблей, а делать под картечным выстрелом дорогу для провоза артиллерии очевидно невозможно. Последняя дорога от Велинце чрез высокие горы, принадлежащие Черногории на расстоянии пятидесяти верст, представляет трудности не меньшие перехода чрез Чортов мост: тут должно поднимать пушки машинами, и потом, когда достигнет вершины горы, лежащей против Катаро, спускаться к деревне Скальяри по скату в 40 саженях от крепостных выстрелов. Положим, что неприятель уже пред Катаро, которая может быть атакована только со стороны Доброты; но тут горы, будучи отлоги к морю, открывают войска и траншеи (кои вырубать должно в камне) выстрелам кораблей; и потому ясно, что осада крепости, защищаемой флотом, есть химера. Скажут, что нет ничего невозможного, и приведут в доказательство, что Наполеон провел армию и артиллерию чрез Симплон и Ценис. Согласен; но он там делал дорогу и все, что ему было угодно, не быв ни от кого обеспокоен: здесь же, на каждом шагу, принужден бы он был сражаться с жителями, гораздо искуснейшими стрелками, нежели его вольтижеры; притом место не позволяет воспользоваться превосходной силой или искусными маневрами; по всей дороге нет воды, нет возможности жить на чужой счет, ибо жителям собственно для себя едва достает продовольствия на 4 или на 5 месяцев, а для перевозки провианта и амуниции на тридцатитысячную армию потребно 12 или 13 тысяч мулов и лошадей: чем же их кормить? Кажется, самый честолюбивый полководец не предпримет такого похода, ибо и покорение провинции не принесет столько пользы, сколько потребуется на то жертв. Я не стану уже говорить, что могут предпринять турки: с некоторого времени сделались они очень благоразумны, а если бы пришла им охота к завоеванию сей провинции, то решительно сказать можно, что 50 000 янычаров положат тут свои головы.
Неприятель, господствующий над морем, высадив вой ска в порте Трасте, поспешив занять канал Ле-Катене, может, обойдя трудную дифелею у Скало-Санто, осадить Катаро и отрезать сообщение ее с Кастель-Ново. Словом, покорить Катаро гораздо легче с моря, нежели с сухого пути, ибо и жители, народ воинственный, охотно будут помогать тому, кто имеет флот для защиты их торговли, а тому, кто не имеет, сопротивляться.