-- Помилуйте, миссъ Эйръ, что за безпокойства! Гувернантка, съ вашимъ усердіемъ и добросовѣстностью, имѣетъ, въ нѣкоторомъ родѣ, полное право требовать, чтобъ позаботились устроить ея судьбу, и теперь ваше право естественнымъ образомъ относится ко мнѣ. Моя будущая теща, помнится, говорила мнѣ о такомъ мѣстѣ, которое, надѣюсь, пріидется по вашему вкусу: мистриссъ Діонисіусъ Оккгголль изъ Биттернутта въ Коннотѣ, что въ Ирландіи, пріискиваетъ опытную наставницу для своихъ пятерыхъ дочерей. Ирландія вамъ полюбится, я не сомнѣваюсь: народъ тамъ добрый, говорятъ, простосердечный, незаносчивый.
-- Это очень-далеко, сэръ;
-- Что за бѣда? Для дѣвушки съ вашимъ умомъ нечего бояться продолжительнаго путешествія.
-- Меня пугаетъ не дорога, а разстояніе...
-- Разстояніе отъ чего, миссъ Дженни?
-- Отъ Англіи, отъ Торнфильда, и...
-- Еще отъ чего?
-- Отъ васъ, милостивый государь.
Эти слова невольно сорвались съ моего языка, и воля не участвовала въ нихъ, такъ же какъ въ слезахъ, которыя градомъ полились изъ моихъ глазъ. Впрочемъ я старалась заглушить рыданія, и мистеръ Рочестеръ не могъ меня слышать. Мысль о мистриссъ Оккгголль изъ Биттернутта оледенила мое сердце, и я съ ужасомъ воображала бурное море, которое навсегда отдалитъ меня отъ Торнфильда.
-- Это очень-далеко, сэръ, повторила я опять.