-- Въ Торнфильдскомъ-Замкѣ! воскликнулъ священникъ.-- Быть не можетъ: я давно живу въ этой сторонѣ, но никогда не удавалось мнѣ слышать о мистриссъ Рочестеръ въ Торнфильдскомъ-Замкѣ.
Болѣзненная улыбка, при этихъ словахъ, скорчила губы мистера Рочестера, и онъ пробормоталъ:
-- Да, я принялъ надежныя мѣры, чтобъ никто не слыхалъ о ея существованіи подъ этимъ именемъ.
Минутъ десять онъ, казалось, размышлялъ съ самимъ-собою среди общаго безмолвія и, наконецъ, выразилъ свое рѣшеніе энергическимъ тономъ:
-- Довольно! Надобно покончить все за одинъ разъ.-- Мистеръ Вудъ, закройте свою книгу и снимите ризы. Джонъ Гринъ (обращеніе къ кистеру), можете выйдти изъ церкви: сегодня не будетъ свадьбы.
Продолжая крѣпко держать меня за руку, онъ вышелъ изъ церкви: три джентльмена послѣдовали за нами.
Мистеръ Рочестеръ, окинувъ собраніе однимъ взглядомъ, продолжалъ:
-- Двоеженство -- чудовищное слово и, однакожь, это правда: я готовъ былъ сдѣлаться двоеженцемъ! Рука Провидѣнія тяготѣетъ на мнѣ, или, быть-можетъ, злая судьба рѣшилась преслѣдовать меня отъ колыбели до могилы. Милостивые государи, планъ мой уничтоженъ!-- Все, что говоритъ юристъ и его кліентъ -- сущая правда: я былъ женатъ, и женщина, на которой меня женили -- жива! Вы говорите, почтенный пасторъ, что никогда не удавалось вамъ слышать о мистриссъ Рочестеръ въ
Тторнфильдскомъ-Замкѣ; но, безъ всякаго сомнѣнія, доходила до вашего слуха молва о какой-то бѣшеной бабѣ, которую берегутъ и караулятъ въ моемъ домѣ. Одни, вѣроятно, говорили вамъ, что это -- моя побочная сестра; другіе -- моя племянница. Все это вздоръ; но теперь я объявляю вамъ всѣмъ, что эта бѣшеная баба -- моя жена, съ которою сочетался я законнымъ бракомъ за пятнадцать лѣтъ передъ этимъ. Имя ея -- Берта Месонъ, и она имѣетъ честь быть сестрою этого героя, который, какъ видите, дрожитъ передо мною, какъ осиновый листъ! Ободрись, Ричардъ! Нечего меня бояться: на такихъ героевъ не поднимается моя рука! Берта Месонъ -- бѣшеная баба, и всѣ члены ея фамиліи -- идіоты и съумасброды по наслѣдству, черезъ три поколѣнія. Ея мать, Креолка, была съумасшедшая и пьяница вмѣстѣ! Все это узналъ я послѣ своей женитьбы: до той поры будущіе мои родственники глубоко хранили отъ меня свои фамильные секреты. Берта, какъ послушная дочь, подражала своей родительницѣ во всѣхъ этихъ пунктахъ. Подруга моя, можете представить, была прекраснѣйшимъ созданьемъ, и я вдоволь наслаждался счастьемъ супружеской жизни. Никто изъ васъ даже вообразить не можетъ всѣхъ этихъ великолѣпныхъ сценъ, которыя представлялись въ моемъ домѣ отъ ранняго утра до глубокаго вечера; но я не считаю нужнымъ пускаться передъ вами въ дальнѣйшія объясненія. Милостивые государи: Бриггсъ, Вудъ, Месонъ, приглашаю васъ зайдти въ Торнфильдскій-Замокъ и удостоить своимъ визитомъ мистриссъ Рочестеръ, паціентку мистриссъ Граціи Пуль!-- Вы увидите собственными глазами, какимъ обманомъ сопровождалась моя женитьба, и разсудите, если угодно, имѣлъ ли я право разорвать эту позорную связь въ пользу существа, имѣющаго по-крайней-мѣрѣ человѣческія чувства. Эта дѣвушка, такъ же, какъ и вы, мистеръ Вудъ, продолжалъ онъ, указывая на меня: -- не подозрѣвала этой отвратительной тайны. Она думала, что все идетъ законнымъ порядкомъ, и не воображала, что она дѣлается орудіемъ фальшиваго существа, уже тѣсно-соединеннаго съ злою, бѣшеною тварью, не имѣющею на себѣ человѣческаго образа. Идемъ!
Около церковной паперти ожидала насъ карета.