-- Ты слишкомъ-много спрашиваешь, Сен-Джонъ, проговорила Мери тихимъ голосомъ; но онъ облокотился на столъ и неумолимо требовалъ отвѣта своимъ пронзительнымъ взоромъ.
-- Я не могу объявить о мѣстѣ и о лицахъ, гдѣ и съ которыми я жила, милостивый государь: это моя тайна.
-- И вы, я убѣждена, имѣете полное право хранить свою тайну какъ отъ Сен-Джона, такъ и отъ всякаго другаго допросчика, замѣтила Діана съ живостью.
-- Но если я ничего не буду знать о вашемъ положеніи, мнѣ трудно будетъ помочь вамъ, сказалъ Сен-Джонъ: -- а вамъ, безъ всякаго сомнѣнія, нужна помощь, не такъ ли?
-- Нужна, сэръ, и я надѣюсь, что какой-нибудь истинный филантропъ найдетъ возможность доставить мнѣ работу и приличное вознагражденіе за мой трудъ. Я буду совершенно-довольна, если только будутъ удовлетворены существенныя потребности моей жизни.
-- Не знаю, филантропъ я или нѣтъ; но я готовъ употребить, въ пользу честныхъ людей, всѣ зависящія отъ меня средства. Итакъ, скажите мнѣ прежде всего: къ чему вы привыкли, и что умѣете дѣлать?
Я напилась теперь чаю, и этотъ напитокъ совершенно-освѣжилъ мои силы. Я чувствовала такую же храбрость, какую можетъ-быть сознаетъ въ себѣ богатырь послѣ своей обыконвенной порціи водки. Взоръ мои смѣло обратился на строгаго судью, и я уже нисколько не боялась его допросовъ.
-- Мистеръ Риверсъ, сказала я, положивъ опять свои руки на столъ: -- вы и сестрицы ваши оказали мнѣ величайшую услугу, какой только можетъ ожидать человѣкъ отъ своихъ ближнихъ: великодушное гостепріимство ваше избавило меня отъ неминуемой смерти. Это благодѣяніе даетъ вамъ неограниченное право на мою благодарность и, вмѣстѣ съ тѣмъ, обязываетъ меня быть, до извѣстной степени, откровенной съ своими благодѣтелями. Я готова разсказать вамъ исторію спасенной вами странницы, опуская только то, что можетъ, нѣкоторымъ образомъ, компрометировать ея нравственную и физическую безопасность, такъ же, какъ спокойствіе особъ, съ которыми она приходила въ соприкосновеніе.
-- "Я сирота, пасторская дочь. Родители мои умерли, прежде-чѣмъ я могла узнать ихъ. Я получила воспитаніе въ благотворительномъ институтѣ; мнѣ даже можно объявить вамъ имя учебнаго заведенія, гдѣ пробыла я шесть лѣтъ воспитанницей, и два года классной дамой: это -- Ловудскій Сиротскій-Ииститутъ, о которомъ вѣроятно вы слышали, мистеръ Риверсъ. Робертъ Броккельгерстъ -- попечитель и главный казначей этого заведенія.
-- Я слышалъ о господинѣ Броккельгерсгѣ, и видѣлъ Ловудскій Институтъ.-- Продолжайте.