Болтовня ея, которая никогда не прекращается, состоитъ изъ вопросовъ, повторяющихся ad infinitum; она распрашиваетъ про разныхъ членовъ своей фамиліи, давно уже умершихъ, но которыхъ она считаетъ живыми и даже находящимися въ комнатѣ. Она увѣряетъ, что ея папаша только что навѣстилъ ее (еслибы онъ былъ живъ, ему было бы сто-шестьдесятъ лѣтъ), и что онъ удивительно какъ сохранилъ свою память.
Белинда садится около нея.
Не требуется особеннаго напряженія ума, чтобы повторять черезъ извѣстные промежутки, медленнымъ, но громкимъ голосомъ (такъ какъ слухъ ослабъ вмѣстѣ съ остальными способностями):
-- Я -- Белинда! Белинда Фортъ, жена Джемса; жена вашего сына Джемса! въ перемежку съ такими отвѣтами, на подобающіе вопросы:-- онъ умеръ! онъ умеръ двадцать-пять лѣтъ тому назадъ!
Но эта бесѣда не мѣшаетъ къ сожалѣнію думать.
Они должно быть уже дошли теперь до рѣки. Неужели они всю дорогу шли въ такомъ порядкѣ, какъ выступили? Онъ съ Сарой впереди всѣхъ, а остальные сзади? Разумѣется, такъ. Если имъ обоимъ это нравится, то къ чему мѣнять? Какъ мучительно жарко отъ этого огня. Онъ палитъ ей внутренность.
Теперь они садятся въ лодку. Какую они выберутъ: одновесельную или нѣтъ? Можетъ быть, и ту, и другую. Въ такомъ случаѣ имъ придется раздѣлиться, такъ какъ ихъ шестеро. И по тому какъ Белинда ломаетъ свои руки, не трудно угадать, какимъ образомъ она распредѣляетъ компанію. Въ сущности они будутъ en tête-à-tête?
Белинда совсѣмъ забила о своей свекрови, и вкривь, и вкось отвѣчаетъ на ея вопросы.
Но вотъ входитъ профессоръ Фортъ, ежедневно являющійся на пять минутъ въ комнату матери, засвидѣтельствовать ей свое почтеніе. Этимъ ограничивается его роль въ ухаживаніи за ней. Къ удивленію она узнаетъ его, хотя ей и не сказали, кто онъ.
-- Гдѣ твой отецъ, Джемсъ?-- вотъ ея первый вопросъ.