-- При нашемъ послѣднемъ свиданіи я наговорила вамъ много непріятнаго; ну, такъ вотъ: я послала за вами, чтобы извиниться, сказать, что мнѣ очень жаль, что такъ случилось.
-- Что! вы меня выписывали, чтобы снова посмѣяться надо мной; нѣтъ, благодарю покорно, мнѣ ужъ надоѣла роль вашей жертвы, предоставляю ее другимъ.
Съ этими словами онъ направляется къ двери, его глаза сверкаютъ, грудь тяжело вздымается отъ гнѣва и негодованія.
-- Постойте,-- кричитъ она, быстро вставая съ мѣста и заслоняя собою дверь:-- садитесь и говорите тише, я не желаю, чтобы насъ подслушали. Была другая причина, по которой я послала за вами, но только... мнѣ стыдно сказать вамъ ее.
-- Какая же это причина.
Огнемъ загараются ея щеки.
-- Я послала за вами, чтобы попросить васъ жениться на мнѣ.
При послѣднихъ словахъ она поднимаетъ глаза и пристально смотритъ ему въ лицо. Наступаетъ глубокое молчаніе. Онъ прислонился къ стѣнѣ и глядитъ на нее широко-раскрытыми, изумленными глазами.
-- Я не имѣю такого основанія предполагать, чтобы вы желали на мнѣ жениться,-- вы этого желанія никогда не выряжали, тѣмъ не менѣе, мнѣ казалось, можетъ, я и ошибаюсь?
-- А Le-Mesurier?-- наконецъ спрашиваетъ Скронъ грубымъ, измѣнившихся голосомъ, чувствуя, что у него дрожать колѣни.