Я на него неприязненно поглядел. Меня уже начинало раздражать его покровительство.
— Поди ты ко всем чертям! Чего навязался! Ты бы лучше за своим лицом глядел да угри выдавливал, а то видишь, как у тебя их много!
Впоследствии я узнал, что этим ответом задел больное место Петровского. Никогда больше я не позволял себе с ним таких шуток.
После этого первого и единственного конфликта дружба наша прочно укрепилась.
Но в тот момент Петровский решительно двинулся ко мне, сжав кулаки. Он, вероятно, превратил бы меня в котлету, если бы около нас не раздался успокаивающий голос командира. Наша рота должна была пойти в авангарде, предстояло вытеснить противника из Полоцка. Штаб полка начал переговоры с немцами, обратившись к ним с предложением покинуть Полоцк без боя. Мы надеялись после ухода немцев из города захватить в плен польские части.
Ротный ознакомил бойцов с предстоящей операцией. Мы внимательно слушали все его указания.
Мы сознавали, что от усилий и храбрости каждого из нас зависит успех первого боя.
Стал накрапывать дождь, вечером повалили мокрые хлопья снега.
Петровский и я пошли в дозор. Я уже тогда обратил внимание на то, что в смысле опыта мне надо было многому у Петровского поучиться.
Я шел по его следам. Вдруг раздалась команда: