— Да как же туда взлезешь? — нерешительно произнес Петровский. — Уж больно высоко. Ведь в циркачах мы с тобой не были.
Около скирды, к счастью, нашли длинный шест.
Мне, в моей практике пастушонка, часто приходилось взбираться на скирды, чтобы разыскать забредшую за холмы овечку. Несмотря на слабость, я без особого труда вскарабкался по шесту на скирду.
Но с Петровским было хуже: здесь ему как раз помешал вес. Он несколько раз делал прыжки и, как мешок, падал обратно на землю, едва добравшись до половины скирды. Наконец, после долгих усилий и не без моей помощи, он тоже взобрался наверх.
Зарывшись в солому и устроившись поудобнее, вздохнули свободно.
Вдали чернели очертания какого-то поселка.
— Это, наверное, наш лагерь виднеется, — сказал Петровский.
— Не может быть. Ведь мы целую ночь шли. Неужели мы не отшагали и двадцати верст?
— Да ведь мы шли не туда, куда надо, вот и очутились опять возле лагеря, — подумав, сказал он снова и на этом открытии успокоился.
Съели по куску хлеба и скоро заснули крепким сном.