НЯНЬКА. Да не знаю я, Ерошенька, неграмотный! Где мне понять!
ЖЕНЯ. Так ты бы ходил, между людьми толкался бы, слушал… Экий ты, Нянька, бестолковый!
НЯНЬКА. Это тоже не набалмошь делать надо, а с оглядкой… Сунешься, милая, куды не туды, так тебя сразу — цоп! — и в полицию!
МАРУСЯ. А почему тогда в людей стреляли? Знает это кто-нибудь?
НЯНЬКА. Знают, барышня. Это генерал-губернатор так приказал: «Стреляйте в тех голодных, чтоб другой раз не полезли».
ЖЕНЯ. Я бы этого генерал-губернатора самого бы пристрелила!
НЯНЬКА. Пристрелишь генерал-губернатора — десять новых понаедет.
ЗИНА. А тех, которых тогда… их совсем убили — насмерть?
НЯНЬКА. Насмерть. Седни хоронить понесут. Это такое будет!.. Весь город, слышно, за гробами пойдет!
ЖЕНЯ. Весь город пойдет! (Горько.) Только мы — нет!