-- Милон, дражайший Милон! -- кричала Марья, но уже было поздно...
Назавтра отец велел Марье одеться и идти в церковь. Марья повиновалась и отдала руку свою человеку, которого она нисколько не любила. Выходя из церкви, Марья увидела Милона, бледного, отчаянного; - он подошел к ней, схватил ее руку, взглянул на нее страстно и пронзил сердце свое кинжалом.
-- Постой! -- закричала Марья и бросилась на тело несчастного.
Напрасно хотели ее отвлечь от тела -- все усилия были тщетны.
-- Нет,-- говорила она -- нет, жестокие люди! Вы не велели мне любить его, дайте умереть у ног его!
Умирающий Милон собрал последние силы свои, взял ее руки и сказал: "Марья! Я любил тебя. Бог тому свидетель!.." С этим словом он выдернул кинжал из груди своей и закрыл глаза навеки.
В отчаянии, горести Марья оставила отца, мужа, родину. В бедной хижине провела она остатки дней своих, в горести и тоске. Бедная! Там, в цветущей молодости, окончила она дни свои, произнося имя Милона, имя, любезное ее сердцу.
Бедная! Никто не посетит могилы твоей, никто не почтит слезою твоего праха! Ты умерла в горести, в одиночестве, далеко от родины, от друзей... Гордые памятники покрывают иногда трупы злодеев, горсть земли скрыла добродетельную женщину, страстную любовницу, нежную дочь, и место, где она лежит, забыто и презрено.
Н. П. Брусилов
История бедной Марьи -- опубликована в "Журнале российской словесности", ч. III. Спб., 1805, No 9.