Я поздравил её с именинником, и она, поблагодарив меня, попросила пройти на террасу.
На террасе были гости, очевидно, так же как и я приехавшие поздравить хозяина. За столом, покрытым белой скатертью, сидели трое мужчин и дама.
Когда хозяин представил меня даме, она пробормотала что-то вместо фамилии и улыбнулась, наклонив голову, так что вместо лица её я рассмотрел тёмную кружевную наколку на седых вьющихся волосах. Фамилии господина в тёмном сюртуке, белом галстуке и с седыми усами я также не расслышал, встретившись с пристальным взглядом его больших серых глаз.
Его сосед, мужчина лет 50, обернул ко мне своё красное одутловатое лицо с широкой бородой и залысившимся лбом и безмолвно протянул ко мне свою полную руку. Потом он приподнялся со стула, обдёрнул полы своего сюртука и снова в безмолвии сел.
Рыжий, с проседью, широкоплечий господин в парусинном пиджаке, сидевший по другую сторону стола, слегка приподнялся, когда я подошёл к нему, и громко произнёс:
-- Дворянин Венчиков! -- и обернувшись к господину в сюртуке и меняя тон, добавил. -- Так вот, я его прямо за шиворот да и в переднюю.
-- Кого это? -- спросил хозяин.
-- Преображенского... судебного пристава, -- спокойно ответил хозяину дворянин Венчиков. -- На ружья хотел печати наложить. Понимаете, на ружья... Да, ведь, это что же такое, чёрт возьми! У меня ружья дороже его... Да, наконец, что же я без ружей буду делать?.. Со скуки подохнешь, да опять же я и не могу, не могу...
Дворянин Венчиков посмотрел на меня каким-то испытующим взором и несколько спокойнее добавил:
-- Выпроводил я его в переднюю, забрал свои все ружья и пистолеты, да ягдташи, да в окно с ними, прямо в сад... А потом, понимаете, в ригу с ними, в самый дальний угол, да там и спрятал их под солому, -- сам чёрт не найдёт... Прихожу потом в дом как ни в чём не бывало и вижу -- сидит мой пристав за письменным столом и что-то пишет. Покосился на меня, переглянулся с урядником и хоть бы слово!.. Понимаете, понял, собака, что ружья для меня -- святыня, неприкосновенность!.. Вот видите -- и в нём сказался благородный человек...