— Помилуй! — воскликнул Даверс. — У тебя совесть есть?
— Бесспорно есть. А денег нет. Если и есть, то очень немного. Во всяком случае, для меня мало.
Даверс покачал головой, глаза сузились. Эдсон ожидал вспышки, но ее не произошло.
— Практичный ты, старина, — упрекнул он гостя.
Эдсон кивнул головой. Это правильно. Он был очень практичен. Практичность сквозила не только в его словах, но и поступках. Но разве это порок?
— Значит, правду мне говорили, — продолжал майор, — что когда Эдсон Хауэр богу молится, он и тогда денежные подсчеты делает, — и не дав гостю возразить, спросил: — А у других, по-твоему, денег много?
— Смотря у кого. Для этих целей, как мне и вам известно, ассигновано сто миллионов долларов. Чего же тут прижимать? Я же не в богадельню пришел. Я не солдат, я человек вольнонаемный и летаю за деньги. Это мой заработок. И я имею право торговаться.
— Бесспорно, — согласился Даверс.
— Ну, и притом, Якутия — это не Япония.
— Как я тебя должен понимать?