У Эдсона в груди уже нарастало раздражение. Так можно без конца тянуть волынку и ни до чего не договориться.
— При чем тут жена?
— А потом, если уж ты такой несговорчивый, — заметил майор, — то я попробую поговорить с Джемсом. Он, кажется, не из робкого десятка, деньги любит и такой же вольный сокол, как и ты.
— Нашли героя. Он, не долетая до границы, наложит в штаны и вернется.
«Это вполне возможно. Тут он прав», — подумал Даверс и спросил:
— Чего же ты хочешь?
— Вот это другой разговор. Удвойте сумму — полечу, — и он хлопнул по столу большой ладонью. — А нет, — до свиданья. Надоела эта канитель.
Даверс прошелся по комнате взад и вперед, потер рукой то место, где должен быть подбородок, и глянул на часы. Время истекало, а другого кандидата он не имел.
— Ладно! Черт с тобой, — пробурчал он. — Плачу двойную, только не ершись.
Эдсон полез в карман, достал лист бумаги, испещренный вдоль и поперек разными резолюциями, и положил на стол.