— На самом деле, а я и не заметил! Почему же вы его не пригласили? Он очень забавный человек.
— Он исчез, к моей радости. Его Родэ за какие-то грехи так далеко упрятал, что больше он, кажется, вообще не появится.
Никита Родионович выразил сожаление.
— А вам бы хотелось видеть его моим женихом?!
— Нет, наоборот...
— Честно?
— Конечно, честно.
— Вы умница, вы миленький, поздравляйте меня, — и Варвара Карповна поставила перед Ожогиным стакан, наполненный вином.
— Всем! Всем наливайте! — зычным голосом отдала команду Матрена Силантьевна. Трясучкин принялся поспешно разливать вино по стаканам. — Развеселите нас, Никита Родионович, — обратилась Матрена Силантьевна к Ожогину, — а то сидят все, как петухи общипанные, носы повесили и только про политику трезвонят. Осточертело слушать...
— Мотенька, Мотенька, — молящим голосом обратился к жене изрядно выпивший Трясучкин.