— В районе Ровно и Луцка бои продолжаются...
— Возмутительно, — не удержался Ашингер, — и тот и другой мы оставили два дня назад.
— Помолчи, помолчи, — предупредил его Юргенс и, отрегулировав настройку, стал вслушиваться в каждое слово.
— Там, где нажим противника был наиболее силен, германские войска продолжали применять оправдавшую себя практику отрыва от противника... Характерным отличием происходящих оборонительных боев является оставление некоторых территорий, что следует рассматривать как логически необходимое мероприятие...
— Чорт знает, что за эластичные формулировки у этого радиогенерала, — возмутился подполковник.
Юргенс молчал.
— Наше положение является сильным. Мы должны сделать его еще более прочным, укрепить, мобилизуя последние силы...
— Выключи, ради бога... — не вытерпел Ашингер.
Юргенс щелкнул переключателем.
За дверью раздался шум, и в комнату без стука в предупреждения не вошли, а ворвались две уже немолодые, крупные женщины. На них были пестрые платья.