— Какой тут уход! Хорошо, хоть тепло будет. А дать лекарство и покормить он, конечно, сможет. Старик он заботливый и по дому без посторонней помощи передвигается. Ну что же, полезем к Леониду, — вздохнув, предложил Игнат Нестерович. — Женя, пойди к калитке, посмотри...
Леонид Изволин несказанно обрадовался приходу Андрея он его уже давно не видел.
— Какой тебя ветер принес? — -крепко пожимая Грязнову руку, спросил Леонид.
— Соскучился по тебе.
— Врешь, — засмеялся молодой Изволин, — этим тебя сюда не затащишь.
— Дела, дела привели.
— Вот это другой разговор.
Андрей уселся на топчан Изволина, и взгляд его невольно остановился на уже отпечатанных и окаймленных аккуратной узенькой рамкой листовках.
«В Полесской области, — читал Андрей, — оккупанты полностью уничтожили населенные пункты: Шалаши, Юшки, Вулавки, Давыдовичи, Уболять, Зеленочь, Вязовцы. В Пинской области только в трех районах сожжено сорок три деревни и умерщвлено четыре тысячи стариков, женщин и детей. В селе Большие Милевичи фашисты убили восемьсот человек, в Лузигах — семьсот, в деревне Хворостово в церкви во время служения были сожжены все молящиеся вместе со священником».
— Это так и было? — прервав чтение, спросил Грязнов.