— Со мной неприятное приключение произошла ночью, — начал Кибиц, видя бодрое настроение начальника.
— То есть? — спросил Юргенс, раздеваясь донага.
Кибиц рассказал.
— Наплевать на машину, она уже не понадобится. Вам это было известно раньше меня.
— Я не об этом говорю...
— А о чем?
— С немцами происходит что-то непонятное... Потеряна вера, принижен дух... обуяла паника... Кругом безобразия, которые полгода, три месяца назад даже представить было нельзя...
— Не преувеличивайте, — сказал Юргенс, хотя сам за последние дни и особенно за прошедшую ночь воочию убедился, что все происходит именно так. — А в общем, все ерунда. Завтра нас здесь не будет, — он закрутил вокруг шеи махровое полотенце, поднялся на носки, развел руки и сделал глубокий вдох.
— А вы думаете, там будет лучше? — собираясь уходить, спросил Кибиц.
Юргенс пристально посмотрел на Кибица. Ему начинал надоедать его упаднический, пессимистический тон. Ничего не ответив, он пошел в ванную.