— От вас я потребую действий четких и ясных. Не вызывать никаких подозрений, никаких кривотолков, никаких слухов. Точнее: пусть будут и кривотолки, и слухи, но лишь необходимые нам. Надо обдумать все до самых мельчайших деталей, до точек, до запятых. Все предусмотреть, все взвесить, все учесть. Но не тянуть. Время не ждет. Тренируйтесь в языке. Язык вы оба должны знать более чем в совершенстве. Особенно разговорную речь.
— Как с людьми? — спросил Марквардт.
— Дайте мне их клички, пароли, адреса. Всему свое время. Вы имеете в виду тех двоих, о которых уже говорили?
Марквардт подтвердил.
— О них позаботится Голдвассер, — сказал незнакомец и поднялся, дав понять этим, что беседа окончена.
Вслед за незнакомцем уехал Юргенс. Марквардт остался один. Побродив из угла в угол по накуренному кабинету, он вошел в спальню и остановился около трюмо. На него глянуло лицо с припухшими веками, с синими кругами вокруг глаз. Марквардт выругался и отошел от зеркала.
Он разбудил дежурного и приказал ему достать обязательно к утру учебник югославского языка и немецко-югославский словарь.
— На кой же чорт я тогда занимался русским? — проворчал Марквардт, укладываясь спать.
12
Догорал жаркий день. Вечерело. Прозрачный, нагретый за день воздух колебался на горизонте. От уходящего за лес солнца ложились длинные, густые тени.