Вскоре Долингер вернулся.
— Я так и предполагал, — сказал он. — Господин Юргенс требует вас сейчас же к себе.
Никита Родионович посмотрел на часы. Стрелка подходила я десяти.
— Вас что, смущает время? — спросил Долингер.
— Нет. Я подсчитываю, сколько еще времени нам придется ходить с голодными желудками, — резко ответил Ожогин.
Долингер удивленно посмотрел на него:
— Не понимаю... Поясните...
— А пояснять особенно нечего. В течение двух суток у нас, кроме кипятка, ничего во рту не было.
— Что же вы молчали? Я вам сейчас могу дать денег, — и Долингер сунул руку в боковой карман пиджака.
Ожогин дал понять, что это мало поможет делу. На марки сейчас едва ли возможно что-нибудь приобрести, тем более продукты питания.