В кабинете плавали голубоватые клубы табачного дыма, и можно было предположить, что незадолго до прихода друзей здесь находилось, по меньшей мере, человек десять. Большая пепельница была полна окурков.
— Прошу садиться, — сказал, улыбаясь, майор. — Меня вы, конечно, не знаете, но мне вы известны... Рад познакомиться. Рассказывайте, как вам живется у этой старой лисы Вагнера.
Друзья внутренне насторожились.
— Жалоб у нас пока нет, — поторопился ответить Ожогин, опасаясь, что Андрей не найдется, что сказать.
— Не мешает он вам?
— Нисколько. Он, кажется, побаивается нас, а потому очень предупредителен и услужлив.
Майор вновь улыбнулся.
— Попробовал бы он быть другим... Но, кроме вас, у него, как мне известно, появились еще квартиранты?
— Один был до нас, а второй поселился недавно, в наше отсутствие, — ответил Ожогин, хорошо понимая, что скрыть факт проживания в доме Абиха невозможно.
Играя большим шестигранным карандашом и пытаясь удержать его на кончике своего пальца, гестаповец продолжал: