— До завтра... Счастливо. За вами я пришлю машину, — сказал он, прощаясь.
— Еще вопрос, — уже на пороге проговорил Грязнов. — Мы не окажемся еще раз в лагере, если поскандалим с майором Никсоном?
— Нет. Можете послать своего Никсона ко всем дьяволам и плюнуть ему в физиономию. А если к вам кто-либо станет придираться, вы скажите: «Мы люди Голдвассера».
— То есть ваши люди? — попытался уточнить Андрей.
— Голдвассера, а не мои. Я ношу другую фамилию и на господина Голдвассера похож очень мало...
29
Дома были Ожогин и Аллен. Никита Родионович мылся в ванной, и дверь открыл Джек Аллен.
Он был несказанно рад появлению друзей и еще более обрадовался, узнав, что завтра возвратятся Вагнер и Абих.
— Я не представляю себе, как вам в глаза будет смотреть эта скотина Никсон.
— Как скотина и будет смотреть, — пошутил Грязнов.