«Дорогой Никита Родионович! Приветствую Вас! Давно собирался повидаться с Вами, но как-то все не удавалось. Хочу передать Вам задушевный привет от лица, хорошо знавшего нашего общего друга по фронту и «воспитателя» и могущего напомнить Вам спор относительно «Сатурна», «Юпитера» и «Марса». Зайду к Вам в воскресенье в семь вечера. Надеюсь, что застану Вас дома».
Подписи не было.
Пораженный Никита Родионович тяжело опустился на стул.
— Что случилось? — тревожно спросил Константин.
Никита Родионович молчал, думая о своем.
— Никита, слышишь? Что за письмо?
— Ничего особенного, — с заметной озабоченностью ответил Никита Родионович. — Просто неожиданно... Старые, потусторонние дела...
Константин пожал плечами. Ответ брата его явно не удовлетворил, но он понял, что спрашивать дальше неудобно. Отношения между Никитой Родионовичем и Константином с той поры, как они стали взрослыми, отличались ровностью, искренностью, верой друг в друга. Молчание брата не огорчило Константина.
— Ну, ты тут располагайся, а я пойду на работу, — бросил Константин, уже направляясь к двери.
Но Никита Родионович остановил его: