— Я понимаю, — смутилась Антонина. — Но, конечно, он сфотографирован до смерти?
Никита Родионович от души рассмеялся.
— Если он действительно умер, то до смерти. Спасибо, Тонечка. Я побегу к Шарафову. Он меня ожидает... Спи и не волнуйся... Костя не звонил?
И, не дождавшись ответа, он выбежал из дому.
— Почему же вы раньше не рассказали об этой истории с вашей родственницей? — с укором сказал Шарафов.
— По правде сказать, я не придал этому значения, тем более, что соответствующие органы занимались расследованием, — ответил Ожогин.
— Ай-яй-яй, — покачал головой майор, хотя сам в душе считал, что Никита Родионович вовсе не обязан был информировать его о случае со снохой.
Но вывод напрашивался один: автором донесения, предназначенного к отправке за рубеж, является иностранец-транзитник, ехавший в Шанхай, бесследно исчезнувший в пути и оказавшийся в Узбекистане.
Смущало лишь одно обстоятельство: Антонина краем уха слышала, что труп иностранца, якобы, обнаружен. В чем же тогда дело? Эту загадку надо было разгадать.
— Во всяком случае, — ясно одно, — резюмировал Шарафов: — в городе укрылся еще один враг.