— Вполне.
Никита Родионович посмотрел на свои часы и быстро зашагал.
Сумрак окутывал город, сгущался, на небе зажглись первые крупные звезды. Когда Ожогин достиг телеграфа, уже совсем стемнело. На большом циферблате висячих часов стрелки показывали без трех восемь.
Знакомая машина стояла на месте, и Никита Родионович подошел к ней сзади. Он открыл дверцу и сел рядом с шофером. Но лишь спустя минуту, когда пересекли мост через канал, Ожогин вгляделся в шофера и понял, что за рулем сидит не Абдукарим. Это удивило и взволновало Никиту Родионовича. Он еще раз посмотрел на шофера и невольно вздрогнул. Рядом с ним сидел плотный мужчина без головного убора, в темных очках. И что-то до того знакомое показалось в его фигуре, посадке головы, плечах, что у Никиты Родионовича сразу пересохло в горле.
— Значит, не узнаете или не хотите узнавать? — проговорил незнакомец, и его голос заставил Ожогина вздрогнуть вторично.
Ожогин молчал.
Машина выкатилась на широкую асфальтированную улицу, прижалась к тротуару, под густую тень раскидистых деревьев, и плавно остановилась.
— Ну, здравствуйте. Не узнали? Не ожидали старика Юргенса? — И шофер снял очки.
Никита Родионович все еще молчал.
— Удивлены? — рассмеялся Юргенс и положил тяжелую руку на плечо Ожогина.