— Постараюсь.
— Ну, а теперь дайте мне вашу руку и — до свидания. Раджими вас найдет. Кстати, запомните одно: Раджими верный человек, ему можно верить во всем. Если бы не он и... — Юргенс сделал небольшую паузу, — и не вы, то я бы, пожалуй, не рискнул появиться в ваших краях. Ну, всего лучшего... До скорой встречи...
Ожогин вышел. Загудел мотор. Машина круто повернулась и скрылась в чернеющей перспективе улицы.
Долго в эту ночь не спал Юргенс. Он то сидел в удобной качалке, то мерно расхаживал по комнате, предаваясь своим думам. Как был поражен Ожогин! Юргенс и сам стал забывать о своей «смерти». Прошло ведь без малого три года. Вообще, неплохо получилось. Он сам подбирал вместо себя покойника. Это оказалось делом не совсем простым. Пришлось облазить чуть не все госпитали, больницы, морги, прежде чем удалось найти подходящий труп. Остальное уже не составляло труда. Голову мертвеца подвергли небольшой операции, и создалось впечатление, что пуля пущена в рот.
Жена Юргенса вздрагивала от одной мысли, что ее Карл будет числиться в покойниках, но потом смирилась. А на другой день после похорон Юргенс посетил, кладбище и даже сфотографировал «свою» могилу.
Да и мало ли что случалось в жизни. Вот сегодня он сказал Ожогину, что Раджими верный человек и что, не будь его, он бы не рискнул показаться здесь. Юргенс не добавил, что «показаться вторично». Об этом Ожогину, конечно, не следует говорить.
Карл Юргенс родился в восемьсот девяносто первом году в военной семье. Отец его был полковником артиллерии. По окончании юнкерского училища Юргенса отправили на фронт и вскоре назначили организатором опорного разведывательного пункта с прикомандированием к штабу корпуса австро-венгерской армии. Эта было в девятьсот четырнадцатом году. С этого времени Юргенс стал разведчиком. Он сидел в районе города Люблина.
Двадцать первого августа четырнадцатого года совершенно неожиданно на расположение австрийцев обрушились гвардейцы первой дивизии Преображенского и Семеновского полков. Они шли, все сметая на своем пути. Юргенс попал в плен. Для него война окончилась.
В числе других пленных он попал в сердце Средней Азии, в город Самарканд. Военнопленные пользовались там относительной свободой; отпускались до вечерней проверки из лагеря в город. Многие нашли себе занятия, каждый по своей профессии.
В пятнадцатом году Юргенс познакомился с сыном владельца мануфактурного магазина, Раджими.