Горбуну на вид можно было дать лет тридцать. Лицо его напоминало лисью морду. Особенно выделялись на нем подвижные глаза и редкая рыжая бородка. После второй рюмки настроение у горбуна поднялось: он разговорился, стал смелее бросать взоры на Варвару Карповну. Он говорил грамотно, к месту вставляя эффектные иностранные словечки — интеллект, каннибал, визави, реванш...
По тому, что он часто употреблял выражения вроде: «Это отнесем в дебет!», «Сальдо сюда, с ним после разберемся», «Получите по аккредитиву», «Подведем баланс», — можно было судить, что по профессии он бухгалтер или экономист.
— Ну, как, разобрал, что пил? — спросил горбун Трясучкина после очередной рюмки.
Тот отрицательно покачал головой.
— А она тебя разобрала? — закатился горбун булькающим смешком.
— Разобрала, — сокрушенно ответил Трясучкин.
— А вы, наверное, пить бросили? — спросила Варвара Карповна горбуна и смерила его презрительным взглядом.
— Почему вы так решили, Варвара Карповна?
— Потому... что на вас новый пиджак, — подчеркивая каждое слово, произнесла Варвара Карповна.
Горбун нахмурился. С шумом проглотив неразжеванный кусок, он неторопливо ответил, что у него, как известно Варваре Карповне, заработок приличный, — хватает вполне и на водку и на костюмы.