Никита Родионович задумался.
— Вторая половина задачи более трудная, — сказал он. — Оснований для выезда у меня нет.
— Надо найти, — твердо сказал Юргенс.
— Трудненько, — заметил Ожогин.
— Без трудностей ничего не бывает, и не мне вам говорить об этом, — поучал Юргенс. — Попытайтесь доказать дирекции, что так необходимо.
Юргенс нахмурился, лицо его стало злым, каким его Ожогин давно уже не видел Раджими молчал, не сводя глаз с Никиты Родионовича. Юргенс выжидал, что скажет Ожогин.
— Это исключено, — сказал Никита Родионович. — Есть один вариант... выехать по собственной инициативе и не выехать, а вылететь, попросив отпуск по семейным делам на три, четыре дня...
Лицо Юргенса посветлело и озарилось улыбкой, но лишь на мгновение.
— Я был уверен, что вы найдете выход и не подведете меня, — проговорил он подчеркнуто официально.
— Когда вам удобнее, чтобы я выехал? — спросил Никита Родионович.