Когда незнакомец, набрав полную пригоршню ягод, кинул их в рот, боец, направив бинокль, заметил, что два передние зуба у франта золотые. Из кармана у него торчала газета. Курганов навел бинокль, пытаясь узнать, что за газета засунута в карман.
А потом Курганову все это надоело. И он стал даже подозревать, не нарочно ли городской франт шатается по опушке. Пускай, мол, советские пограничники попортят себе глаза, пускай, мол, полюбуются на фасон его костюма с широкими, подбитыми ватой плечами и модным галстуком. Курганов положил на траву бинокль и с сердцем пробормотал:
— Вертится, как чорт, по опушке. Обжора!
Получив донесение о прибытии на «соседский» кордон гостя, Барсуков задумался. Военный мотоцикл, а пассажир — в штатском.
Обычно штатские приезжали на крестьянских подводах, в бричках, нагруженных снедью, винами, пивом, и, пропьянствовав два-три дня, уезжали обратно.
Но зачем пожаловал на кордон этот франт?
Барсуков не один год на этой границе, но он не припомнит случая, чтобы военное министерство соседнего государства катало гостей на казенных машинах.
Кто же такой этот незнакомец? Переодетый в штатское разведчик или действительно гость?
Если он шпион, зачем разведке сопредельной стороны открыто привозить его? Обычно на кордоны шпион пробирается незаметно, ночью. На кордонах их держат, никуда не выпуская, по три-четыре дня, а потом, выбрав поудобнее момент, перебрасывают на советскую сторону.
Неужели вражеская разведка намеренно доставила разведчика днем? Советские пограничники, мол, будут ждать его в центре, ослабят наблюдение на флангах, а этим можно будет воспользоваться и благополучно перебросить разведчика.