4 жрец. Ты нас пугаешь, отец.
Жрец. Не перебивайте меня. Отвечайте, братья. По власти ли, переданной от моих предков, я господин ваш, всего народа и всей земли? Признаете ли вы меня таким?
Все. Признаём!
Жрец. Уже много столетий власть в стране атлантов завоевали пришлецы. Туранцы воссели на престол наших царей. Туранцы своим богам посвятили алтари бессмертного
Солнца. Туранцы пьют живую кровь на пиршествах. Но вы, верные, помните ли, что нести власть придется нам, а среди всех вас -- мне, последнему божественному властителю низверженного царя? Вы помните ли, что я один сохранил Тайну великих предков, имею право вязать и разрешать, хранил наследие сокровенного храма? Вы помните ли это, и готовы ли повиноваться единственно моему слову?
4 жрец. Отец! Ты сам избрал нас изо всего народа! И нам ли верности тебе сомневаться.
Жрец. Да; я избрал вас. За каждым из вас, и самым старым и самым молодым, я следил шаг за шагом. Но я очень стар, старше самого седого из вас. Каждый помысел каждого из вас был мне известен. Пред ликом Солнца, чье изображение здесь, клянусь: ни у одного из вас я не нашел гения лжи. Ваши души чисты, как пламя, подобны солнца лучам. Ваша воля тверда, как металл, из которого делают копья. Вы слабы, как ящерицы. Вам я открываю тайну, а вы снова клянитесь мне хранить её. Здесь на этом алтаре Солнца клянитесь.
Все. Клянемся.
[ Жрец. Дети мои. То, что предвидели пророки, то, о чем говорили мудрые, то, чего мы боялись все, -- приблизилось. Было мне видение, и я знаю, что сосчитаны дни нашей жизни и черед имеют. Грянули в тишине страшные потрясения, сокрушая нашу страну. Великая земля атлантов когда-то распалась на две части. Один из этих островов
уже погиб в пучине океана. Уцелевший мир тоже приговорен, от одного края земли до другого сведясь к пределам того острова, на коем мы правим. Но и он обречен на погибель. Так есть. Слушайте, дети.